Борьба патриотических и либерально-прозападных сил в Белоруссии: в государственно-общественной сфере больше просвета, чем в церковной 

Часть 4. Возврат к забытым святыням
Включаясь в духовно-историческое просвещение белорусов рука об руку с государством (в лице патриотических сил во власти и около нее) вокруг событий Второй мировой и Великой Отечественной войны, Церковь ни в коем случае не должна останавливаться на них – тем более, в духовном плане это и невозможно, ибо данная война была лишь продолжением Первой мировой и Второй Отечественной, а также, собственно, расплатой за революцию 1917 года (особенное наказание претерпел мятежный Петроград, лишившийся даже своего имени и взявшего имя своего палача и малого антихриста).

Крайне сложно дать и церковную оценку советскому периоду в истории самому по себе: безусловно черный, на первый взгляд, период государственного атеизма, в приложении к апостасии предшествующего периода и перспективам масонского правления «февралистов» получает особый смысл. Посему самой главной задачей Церкви (и не только в Белоруссии) заключается в реабилитации, в возвращении в светлом образе в общественную мысль страны и белорусов дореволюционного периода белорусских губерний в составе Российской Империи. При этом речь не идет о сплошном обелении, напротив: свидетельство о высочайших примерах православного благочестия и великой державности, в которой белорусы были не угнетаемым, а частью государствообразующего народа (при благородном отношении к инородцам и иноверцам), и в мыслях не имели никакого сепаратизма «независимой от Петербурга» государственности и «национальной религии», должно сочетаться с обличением идейных увлечений, образа жизни и бунтарскости части российской элиты, которые привели к катастрофе. Эти идейные увлечения и бунтарскость подхватывались в Северо-Западном крае Империи в основном не белорусами, а поляками и евреями. Обличение должно привести к указанию на их нынешних преемников в нынешней белорусской элите – ее немалой части, зараженной мечтами своих предшественников о «жизни как на Западе за счет “быдла” (белорусского народа), иностранных инвестиций и “прогрессивных” реформ», грозящих низвергнуть само белорусское государство по украинскому сценарию. 

И снова же прочувствовать и полюбить романовскую Белую Русь и общерусскую Державу должны, прежде всего, сами православные священники и семинаристы, немалая часть из которых по некоему наваждению и недосмотру архипастырей и духовников либо теплохладны, либо даже скептичны по отношению к православной государственности (наряду с прочим, внимая дурацкому мифу об «аполитичности Церкви» и «желательности отделения Церкви и государства»), одновременно одобряя либерально-демократическую государственность, в которой можно пожить в свое удовольствие (в том числе попутешествовав по Европе), не обращая особого внимания на духовное крушение миллионов людей вокруг и не осознавая несовместимость интеграции в Европу с возрождением Христианства в народе. Напомним, что чаемый Синодальный отдел (комиссия) по сохранению исторической памяти и историческому просвещению призван, опираясь на православных ученых-западноруссистов, просветить историческим образованием самих священников. Конечно, критическое прославление имперского периода белорусской истории и его свершений, в своем роде, очень неудобно. Оно неизбежно будет вызывать сопротивление со стороны части чиновников, доводить до визга и истерики либерально-националистическую оппозицию и в целом «прогрессивную общественность» вкупе с «западными партнерами» – расположения и дружбы всех сих после этого точно нельзя будет добиться (например, для совместной с ней критики советской власти). Не удастся сохранить во всем благодушное единство и с немногочисленными уже коммунистами. Но вот именно в этом кресте и заключается основное на данном этапе историко-просветительское призвание от Бога нынешней Церкви – от епископа до мирянина. У Церкви нет и не было завета от Бога дружить с мiром и угождать ему – но вещать мiру правду и через это постепенно преображать его. 

Тем более, что мiр, светское белорусское государство и само тянется к правде, внутренне ощущая (хотя и не понимая) свою духовно-идеологическую, демографическую, экономическую и политическую обреченность в условиях сохранения верности ленинско-горбачевским заветам исторического беспамятства и демократии (вкупе с либерализмом) с культом «хлеба и зрелищ». Обратим внимание на такие знаки умственного восстановления исторического единства эпох, как проведение «мероприятия Дня памяти “Ранняя Гроза” на территории историко-культурного комплекса “Линия Сталина”, посвященного Нарочанской наступательный операции…силами реконструкторов клуба “Солдаты Победы”…при поддержке Министерства обороны РБ». А ведь и правда, бόльшая часть основных боев Российской императорской армии в Первой мировой войне прошла именно на территории Белоруссии, где провел последние полтора года своего царствования и святой царь-мученик Николай Александрович, который прямо из любившего его Могилева отправился в свой последний путь к мятежному Петрограду. Белая Русь, земля которой является буквально живым мощевиком (если учесть, сколько православных людей в разные эпохи мученически погибло на ней за веру и Отечество), вполне могла бы стать и живым историческим мемориалом Первой мировой войны и подвига православного воинства на ней, как она уже стала таким мемориалом в отношении Второй мировой войны (основные сражения которой, не считая, конечно, партизанское движение, прошли за ее пределами). Строительство таких памятников вполне могло бы стать всенародным проектом с привлечением к нему молодежных студотрядов, который, конечно же, должна вдохновить именно Церковь: участие в нем служило бы живому приобщению белорусов (особенно молодых) к подлинной великой отечественной истории и духовному наследию, корни которого уже простой литвинской пропагандой так просто не вырвать. 

Примером такого мемориала может служить «будущий памятник в честь женщин-ударниц, на месте которого на окраине деревни Новоспасск закладную доску установил местный историко-культурный фонд памяти Первой мировой войны “Крокi”, основанный в 2012 г. знаменитым художником Борисом Цитовичем… Автор проекта памятника – архитектор Виктор Бурый, которому принадлежат, в частности, памятник экипажу бомбардировщика “Илья Муромец-16” и надвратная часовня в память 100-летия освобождения Вилейки на Вилейском городском кладбище». Началу памятника предшествовала «реконструкция боевого крещения девушек-ударниц в ходе Кревской наступательной операции, недалеко от деревни Новоспасск (ныне Сморгонский район Гродненской области)», состоявшаяся на «Линии Сталина», ненавистной для литвинистов – особенно после того, как на ней появилась часовня в честь благоверного князя Александра НевскогоПодобные реконструкции вполне могли бы и должны были бы вытеснить рыцарско-гусарское литвинское скоморошество, в котором белорусская молодежь с упоением изображает захватчиков родной земли и врагов собственных предков. 

Указанным и иным направлениям духовно-исторического образования белорусов вполне мог бы задать постоянный курс созданный 8 лет назад «Республиканский совет по делам культуры и искусства», «высокий статус которого дает возможность обсуждать и вносить на рассмотрение правительства предложения по ключевым проблемам развития культуры и искусства, по определению основных направлений государственной политики в сфере культуры и конкретных мер по ее реализации, поддержке конкретных общественно значимых культурных проектов». Только для этого научно-общественные силы в государственном совете должны быть представлены не оппозиционными государству полонофилами-русофобами, католиком-литовцем А.Мальдисом и униатом-великороссом и, по совместительству, «белорусским националистом» О.Трусовым, а православно-патриотические ученые и деятели художественного искусства, направленные в Совет опять же Церковью. 

Возвращаясь к теме создания «энциклопедии белорусов, имена и скульптуры которых должны украшать улицы и учебники в белорусском государстве, но большинство из которых даже не упоминается в них – в отличие от торжествующих враждебных православной Белой Руси католических поляков и хлопоманов Тарашкевичей, Богушевичей, Мицкевичей, а также еврейских и иных революционеров Свердловых, Володарских, Ландеров во главе с Лениным», – важно отметить, что таковых славных (и забытых) имен Белой Руси дореволюционная Россия даровала сонмы. И, в частности, как раз Первая мировая и Вторая Отечественная война, на которой подавляющее большинство белорусов сохраняло верность Царю и православной Державе, и многие из которых совершили великие подвиги. Недаром книга «Герои Первой мировой» в знаменитой серии «ЖЗЛ», возглавившая рейтинги продаж в РФ, вышла из под пера белорусского историка и писателя-западноруссиста Вячеслава Бондаренко (не без лживых дополнений от Тут-Бая). Воспользовались ли ей для просвещения и государственной идеологии белорусские чиновники, преподаватели и Церковь – иной вопрос. 

Между тем, из книги мы узнаем, что даже не «одним из», а разработчиком знаменитого Брусиловского прорыва (последней победы Русской императорской армии) был сын священника из Гродненской области и выпускник духовной семинарии генерал Платон Лечицкий, до этого командовавший главной элитной дивизией русского воинства, а потом вступивший в Красную армию и вскоре мученически погибший от рук большевистских террористов, которые как раз и увековечены в названиях центральных улиц Минска и других городов Белоруссии. Выясняется также, что «на Первой мировой прославили свои имена десятки уроженцев белорусских губерний в генеральских погонах. Двое из них командовали фронтами, девять – армиями, тринадцать – корпусами. Из тридцати шести генералов русской армии, отдавших жизнь за Родину в бою, уроженцами Беларуси были шестеро… В топ-10 самых результативных асов Великой войны входят и трое наших земляков. Это уроженец деревни Рубилки Минской губернии Иван Лойко (1892-1936, сбил 10 самолетов), могилевчанин Владимир Стрижевский (1894-1940, сбил 9 самолетов) и уроженец деревни Дамбовка, что недалеко от Освеи, Донат Макиёнок (1890-1939, сбил 9 самолетов)… Семнадцать летчиков-уроженцев Беларуси были удостоены почетнейшей армейской награды – ордена Святого Георгия». 

Несомненно при этом, что первостепенной священной памятью необходимо в Белоруссии наделять новомучеников и исповедников – как белорусской, так и всей русской земли. К сожалению, идеи о включении в богослужения в белорусском Экзархате поминовения на утренях и литиях русских святых наряду и между белорусскими и всеми святыми, посылавшиеся православной общественностью митрополиту и его администрации, традиционно ничего, кроме глухого безразличия и бездействия, не встретили. Между тем, замечательный пример подала Могилевская епархия, которая в год 100-летия антирусской революции – в то самое время, как в Москве и Петербурге уже во всю рекламировали грядущую «Матильду» – провела совместно с Витебской и Псковской епархиями «Крестный ход, посвященный 100-летию начала подвигов новомучеников и исповедников Церкви Русской», вышедший «из храма Царственных страстотерпцев в городе Могилеве», начавшийся с молебна, совершенным архиепископом Могилевским и Мстиславским Софронием, также «возглавившим и шествие богомольцев по городу Могилеву» через, к слову, родные для главы государства Шклов и Копысь. 

Безусловно, новомученики земли белорусской и всей русской требуют увековечивания и в новых храмах, городских памятниках, названиях улиц: во всяком случае, после того, как Павел Израилевич Якубович с одобрения властей развернул кампанию по увековечиванию «жертв политических сталинских репрессий» в Куропатах, ничто не мешает Церкви увековечивать действительно невинных жертв действительно антинародных большевистских репрессий. И, конечно, первой из таких жертв, вмещающих в себя все понятия и смыслы Святой Руси, является святой царь-мученик Николай Александрович с семьей, в честь которых замечательные храмы появляются по Белоруссии, но пока отсутствуют в областных центрах (кроме Могилева) и в самом Минске (где в их честь был бы весьма уместен отсутствующий в 2-миллионной столице мужской монастырь), и имя и подвиг которых пока слабо прославляется даже в самих епархиях Церкви, не говоря уже об обществе, которое должно вдохновляться Ею. Между тем, вполне можно брать пример с плакатов даже в захваченном либерал-фашистами Кишиневе, не говоря уже о Москве, тем более, что новость об «установлении в разных районах российской столицы билбордов, на которых изображены цитаты из переписки Николая II с супругой» в рамках «проекта, ставящего перед собой задачу пропагандировать семейные ценности в российском обществе, рассказать людям правдивую информацию о жизни царской семьи», опубликована даже информационной службой Администрации Президента Беларуси. 

Имена великих сыновей и дочерей Белой Руси и связанных с нею патриотов Святой Руси эпохи Российской Империи, требующих возвращения в мышление и память белорусов, конечно, не ограничиваются периодом Первой мировой войны: в действительности, таковых в XIX в. существует множество – среди как полководцев и воинов, так и священнослужителей, государственных деятелей (самого высокого ранга), ученых и деятелей искусства, здравоохранителей, что, будем надеяться, докажет нам книжная серия «Славные имена Белой Руси». Напомним, что для ее просветительского распространения желательно, конечно, возрождение таких центров духовно-научной книги, как минский «Дом православной книги» и Издательство Экзархата, подорванные усилиями прозападных политических сил и коллаборационистов в рясах. 

Примером должного увековечивания имен героев имперской эпохи служит «открытие в деревне Лысковщина Круглянского района Могилёвской области на территории экотуркомплекса “Николаевские пруды” первого в Беларуси памятника выдающемуся полководцу и политику XIX столетия Михаилу Григорьевичу Черняеву (1828-1898)», «архистратигу славянской рати» выросшему, выучившемуся и закончившему жизнь в Белоруссии, «причастному к изданию петербургской газеты “Русский Мир”…, “ярому оплоту славянофильства, панславизма и монархизма”…, бывшему последовательным и постоянным сторонником единства и братства всех славянских народов» и в нарушение воли, но без препятствий со стороны Императора, отправившемуся добровольцем и притом главнокомандующим в защиту южных славян от турок и их англо-саксонских советников – неправда ли, аналогия (с отличиями) с нынешними «стрелковцами», отношением к ним со стороны российской власти и уго