ОКАЯННАЯ НЕРУСЬ ПРОТИВ СВЯТОЙ РУСИ: РОСТ РУСОФОБИИ В БЕЛОРУССИИ. Часть 1

Идеологические сдвиги в государстве являются сердцем исторических событий в любом народе и любой стране. Все остальные внешне- и внутриполитические течения весьма быстро меняются после устойчивых идеологических сдвигов, которые непосредственно формируют понятия и чувства народа. Причем этот закон не зависит от наличия или отсутствия государственной идеологии. Многие современные гуманитарии – особенно из числа либеральной интеллигенции – настаивают на совершенной искусственности всякой религии и идеологии и отсюда – на исконной репрессивности и, соответственно, неприемлемости всякой идеологии, особенно государственной. И это справедливо в рамках западной (либеральной, коммунистической, националистической) интерпретации термина «идеология» как пропаганды частного интереса, как формы классового или национального сознания. Однако переносить этот взгляд, рожденный в прениях Наполеона и Антуаном де Траси, на явление как таковое (как и ограничивать его лишь сферой экономических отношений) – глубоко ошибочно.

Весьма часто к этому заблуждению присоединяются даже священнослужители, некритично перенося на вопрос об идеологии историческую травму XX века, забывая о том, что уваровская и славянофильская триада «Православие. Самодержавие. Народность» была ничем иным, как признанной народной и во многом государственной идеологией православной Российской Империи. Богословское оправдание идеологии окончательно приносится трудом выдающегося православного святого, святителя Серафима (Соболева) «Русская идеология». Все дело в том, что идеология как связанная система развернутых понятий (идей) у человека и в народе существует вне зависимости от того, признается она таковой или нет, объявляется или умалчивается. Просто-напросто за отрицанием идеологии часто кроется либо обывательское невежество, либо – что гораздо опаснее – злокозненная идеология либерализма, перерастающая вначале в либеральный тоталитаризм, а потом – в одну из форм радикализма (коммунистического, националистического, анархического).

Но и государственная идеология как целенаправленная деятельность законных властей государства – также явление устойчивое, независящее от его принятия: невозможно без и вне идеологии написать учебник по истории или литературе, поставить памятник, установить государственный праздник или определить состав телепередач. Снова же за «отказом от государственной идеологии» будет стоять либо идеологическая эклектика (чаще всего снова-таки обывательская), либо пролоббированное либеральное оскопление идеологических властей, в условиях которого идеологическая власть в стране переходит к олигархии, иностранным и различным сплоченным и неконтролируемым влиятельным силам. Таким образом, вопрос заключается не в том, есть или нет государственной идеологии, а в том, каково ее содержание, кто ее верховный источник и каковы способы ее утверждения в обществе (включая отношение к инакомыслию).

Белоруссия – единственная страна, в которой в постсоветский период государственная идеология была очищена от дурных коннотаций и признана необходимой. Вместе с тем, в качестве общепризнанного и устойчивого положения белорусской государственной идеологии можно назвать только чествование Победы в Великой Отечественной войне (да и то – только на уровне самой Победы, не затрагивая вопрос о том, что именно было побеждено и откуда оно взялось, за счет чего была достигнута Победа и что ей мешало). Все остальное было помещено в идеологические рамки ряда антиномий, выбор внутри которых осуществлялся во многом произвольно, в зависимости от предпочтений конкретных чиновников и общественных организаций: симфония государства с Православной Церковью и светская многоконфессиональность, христианские традиции и революционное наследие, авторитарная власть и демократия, рыночная экономика и социальное государство, трагический развал СССР и обретение политической независимости, независимость и единение с Россией, семейные ценности и гендерное равенство, западный империализм и интеграция интеграций, протекционизм и стремление в ВТО, повышение рождаемости и свобода абортов и т.д.

Одной из таких антиномий и одновременно больных мест белорусской государственной идеологии, которая ныне достигла апогея, является идеологическое определение Белоруссии по отношению к исторической России и ее душе, сущность которой и выражается понятием «Русский мир». Острота этого идеологического вопроса заключается еще и в том, что это – не просто одна из антиномий, но антиномия, охватывающая все остальные. Русский мир – это не политическое объединение (хотя оно в той или иной форме, безусловно, и вытекает из понятия Русского мира), это даже не русский язык (хотя без его знания и употребления удержаться в Русском мире невозможно), но это, прежде всего, – русский образ жизни, основанный на христианском духе и тысячелетним опыте со времени Крещения Руси и предопределяющий выбор в каждой из указанных антиномий.

Самоопределение в отношении понятия «Русский мир» для Белоруссии, как говорилось ранее, – суть отношение к самой себе, ибо Белая Русь естественным образом составляет особенную часть единой Руси. Нарушение правильного отношения к Руси как к своему целому, означающее шизофреническое отрицание собственной сущности, которое на Украине привело к массовому помешательству и далее беснованию и террору, порождает такое пагубное явление, как русофобия или, точнее, «западнорусская русофобия». За ней стоит смещение понятийного акцента с русскости на западность, а потом и на нерусскость, за которым находится прельщение всеми ядовитыми соблазнами западной цивилизации. Ибо отрицается в русофобии отнюдь не русская этничность: хорошо известно, что самомифологизированные укры и литвины отказываются признавать себя русскими и тут же одновременно заявляют о себе, как об исключительных русских (в отличие от москалей, фино-угро-татар и т.д.). Отрицается именно русский дух, русский образ мысли, русский уклад жизни, за которыми, в конечном счете, стоит православная вера и ее святорусское проявление.

Глава белорусского государства пришел к власти на выборах 1994 года и получил власть после Референдума 1996 года в результате победы над русофобскими силами, став для них непримиримым врагом, которого можно усыпить и отвлечь маневром, но нельзя простить. На протяжении многих лет А.Г.Лукашенко неизменно выражал свою приверженность безальтернативному выбору в русскомирной антиномии, хотя и, будучи историческим материалистом, отводил этому вопросу гораздо меньшее значение, чем экономическим показателям, и не всегда замечал маневры своих противников на этом направлении (прежде всего, манипуляциями с языком и белорусской истории). Буквально за несколько месяцев до Евромайдана он еще исповедовал верность Русскому миру, причем во всей глубине этого понятия: «Русский язык создал великую русскую культуру, которая также является достоянием многих народов и к которой, если брать понятие русской культуры и русской цивилизации в самом широком смысле этого слова, относимся все мы. Русская цивилизация, русский мир дали человечеству не только величайшие культурные достижения, но и особые духовные ценности. Именно эти ценности положены нами в основу нашей государственности и того, что принято называть белорусской моделью развития… Солидарность и справедливость – вот два ключевых слова, которыми можно было бы описать принципы, нами исповедуемые. Это те принципы, которые завещала миру великая русская литература. Мы в Беларуси не смогли и не захотели взять на вооружение рационалистические заповеди индивидуализма, воплощенные в философии свободного рынка, согласно которой выживает сильнейший. Доброта, уважение к человеку, помощь слабому – высшие христианские идеалы, которыми всегда вдохновлялась русская цивилизация. Именно они составляют основу белорусской социально-экономической модели… Изгнание моральных, нравственных принципов из экономики оборачивается против самой экономической системы, постепенно превращая ее в паразитическую и неэффективную. В этом состоит значительное отличие нашего белорусского пути. Однако именно в этом – его сходство и родство с подлинными духовными ценностями русского мира и русской цивилизации (в широком смысле этого слова), к которым все мы с вами принадлежим». И, как справедливо замечено, «в этих словах уже отчетливо прозвучала заявка Лукашенко и возглавляемой им Белоруссии на лидерство во всем Русском мире, во всей Русской цивилизации». И в этом Президент нашел поддержку безусловного большинства простого народа Белоруссии. И вечное проклятие со стороны прозападного меньшинства, адептов либерально-гуманистической (антропоцентрической) западной цивилизации.

Потом произошли украинские события, включившие в себя олигархическо-нацистский переворот с установлением на Украине протектората формирующегося Четвертого западного Рейха и одновременно Русскую весну, включившую в себя воссоединение Крыма с Российской Федерацией и антифашистское восстание на Донбассе, в ответ на которое последовала карательная операция от Рейхскомиссариата «Украина». В условиях этих событий определенным околовластным силам в Белоруссии удалось если не убедить, то заронить в сердце Президента искаженный образ произошедших событий и связанных с ними угроз. Стремление миллионов людей, на острие которого оказались ополченцы Новороссии, к спасению от западной олигархическо-нацистской оккупации и вожделенное присоединение к Союзному государству Беларуси и России было этими силами выставлено как сепаратизм, подпитанный кремлевско-олигархической политтехнологией под названием «Русский мир». Подавляющая же (90%) поддержка белорусами Русской весны и непосредственно воссоединения Крыма – как потенциальный сепаратизм в Белоруссии и угроза целостности белорусского государства (хотя в Белоруссии даже почти не существует никакого регионального идеологического разделения как основы для вымышленного сепаратизма).

И вот уже из уст белорусского руководителя звучат противоположные слова: «Россия никогда не будет воевать с Беларусью. Это будет катастрофа для самой России… Беларусь осталась единственным честным порядочным союзником Российской Федерации… Идея русского мира – это глупость, которую кто-то предложил пропаганде… Это неправда, что большинство за русский мир. Я спрашивал у российского посла: “Что значит собирание русских земель и что такое русский мир?”. Никто мне так и не объяснил». Способности господина Сурикова – отдельная тема разговора, но А.Лукашенко вскоре продолжил свои размышления: «Есть некоторые умники, которые считают, что Белоруссия – это часть Русского мира, чуть ли не России. Забудьте… Мы свои земли никому не отдадим. Это моя задача. Как она ни тяжела и трудна, я решу ее. За моей спиной стоят сотни тысяч таких людей, вооруженных… У меня не укладывается в голове, как это русским воевать с русскими?… Когда меня начинают настораживать подобным образом или говорить о том, что после Крыма Путин придет в Беларусь, я вообще представить себе, допустить этого не могу». Хорошо поработали на встревоженности главы государства клеветники России и белорусофобы, надеющиеся на ровном месте посеять раздор между братьями, создать новую «белорусскую» национальную идентичность на основе Анти-Русского мира и, наконец, произвести в Белоруссии (потом и в России) синхронный дворцово-уличный майдан-переворот с последующей западной оккупацией!

Но уже вскоре, в ежегодном послании народу и парламенту глава государства начинает отделять зерна от плевел: «Много в последнее время говорится об идее некоего “русского мира”. Я так понимаю, это не про нас. Потому что я часто слышу от вас и сам употребляю: “Ну чего ты, мы же русские люди”. Это не значит, что мы россияне. Мы – россияне и белорусы – русские люди… Беларусь первая на постсоветском пространстве придала русскому языку статус государственного… Мы часть русской культуры. Русские люди много вложили в нашу культуру… Но и в русской культуре наши люди отметились сильно… Но я всем западникам, и США, и Евросоюза, говорю прямо, и они меня понимают: “Мужики, вы должны знать: не дай Бог что случится, мы будем плечом к плечу с Россией. Это наш союзник”… В России есть силы, которые очень хотят ограничить влияние белорусской модели развития, того же Лукашенко на процессы, происходящие в России. Они начинают нас квасить, давить по всем направлениям… В мире осталось две страны, которые свято чтут Великую Победу как достояние нашего народа… Поэтому президент должен быть 9 мая на месте в стране, со своим народом, здесь… Мы приедем в столицу нашей родины, Москву, бывшую нашу столицу, восьмого числа, когда закончилась война, как следует там отметим и продемонстрируем, что мы – русский мир. Передайте, Сан Саныч (посол РФ Александр Суриков. – TUT.BY) своему руководству. И не надо это тут размазывать, чтобы испоганить отношения между нашими странами». Завершая свой взгляд словами: «Беларусь с Россией связывают многовековая история, общие духовные ценности и народная ментальность. Мы вместе защищали родную землю от фашистского порабощения и завоевали Великую Победу. И свое будущее строим совместными усилиями, сотрудничая и укрепляя наши суверенные государства». В конце концов, «мы – русский мир. Мы были вместе и будем всегда. Мы теснейшим образом связаны с российским народом, мы братья».

Но именно под каждым словом здесь и подпишется любой, самый фундаментальный сторонник Русского мира в России и Белоруссии! С кем же спорит Александр Григорьевич? Очевидно, что с теми несуществующими «ватниками-сепаратистами-шовинистами по обе стороны границы, мечтающими аннексировать Беларусь», образ которых ему навязан русофобскими силами, находящимися в показной лояльности и реальной оппозиции к нему. А еще – с совершенно бездарной и бесполезной внешнеполитической тусовкой Российской Федерации, думающей исключительно о транзитных интересах российской сырьевой олигархии, которая – вместо насыщенного общения с белорусским правителем с участием прорусской патриотической общественности, вместо четкого и искреннего разъяснения ему духовного, научного и политического содержания понятия Русского мира, вместо предостережения от псевдобелоруссизации и с одновременным братским решением экономических вопросов – способна только молчать, мычать, одновременно закрывая рынки сбыта для предприятий из традиционно русофильских малых городов Белоруссии и крохоборно извлекать для Газпрома из белорусской казны дополнительную прибыль в нарушение всех межгосударственных договоров о хозяйственном равноправии.

И совсем недавно глава государства подтвердил, что «в русском языке – душа белорусского человека. Сколько мы вместе жили, общались на этом языке и вкладывали не только душу, но и свои ценности. Это наш общий язык, наше величайшее достояние… Согласно данным социологического опроса, больше 90% жителей Беларуси высказались за исключительно добрые отношения с Россией». Однако тревожность за эти добрые отношения от этих слов не исчезла, поскольку чувствуется наличие мощной силы, которая идейно настроена на целенаправленный слом их и идеологии Русского мира, на которой они зиждутся.

Традиционно профессиональной русофобией в Белоруссии промышляла либерально-националистическая политическая оппозиция, представляющая собой преимущественно католические и филокатолические (пропольские), а также, в меньшей степени, протестантские и филопротестантские (проанглосаксонские) группировки, питаемые из соответствующих западных фондов. Их-то Александру Григорьевичу в основном удалось обложить красными флажками и замкнуть в гетто, взяв под контроль все их возможные направления наступлений. Настоящие проблемы начались, когда русофобия стала перемещаться в некоторые чиновничьи кабинеты. Связано это было как с тем, что некоторые политические оппозиционеры безболезненно сменили профессию политических «змагаров» на респектабельных и внешне (часто и демонстративно) лояльных бюрократов, чему в ведомствах сферы идеологии, образования и культуры поспособствовало ошибочное стремление изобрести (ибо найти невозможно) для молодого суверенного государства новую «национальную идентичность» (изобретение западноевропейской цивилизации XVII – нач. XX вв.) – то есть, свое фундаментальное отличие от того, от кого в Белой Руси такого отличия быть не может (то есть, от самой себя, от Руси); так и с тем, что «европейцами» постепенно захотелось стать детям советских партработников (в отличие от России и Украины, где разложиться успела уже сама советская партийная номенклатура) и бизнесменов, а также просто некоторому числу выходцев из белорусской глубинки, внезапно для самих себя оказавшихся на высоких столах и утративших чувство единства со своими соотечественниками из простого народа. И вот эти «новые европейцы» (неошляхтичи) шаг за шагом сгруппировались (не без организационно-методической помощи своих западных вдохновителей) и пошли на тесный контакт с «лояльными змагарами». Контакт, очень выгодный для прозападных чиновников, поскольку позволяет устами и руками националистической оппозиции «нести в народ» то свое русофобское (и заодно рыночно-антисоветское) настроение, которое открыто исповедать никак не могут (в отличие от разрешенной теперь приверженности рыночной экономике и внешнеполитической многовекторности). В конце концов, данный контакт дозрел и до сознательного – по украинским лекалам – потворства белорусским бандеровцам, которых всеядные иезуиты в коридорах белорусской власти рассчитывают «хитропланово» использовать для своих корыстных политических целей, но, в конце концов, будут сами использованы бандеровцами, а вместе с ними – стратегами более высокого уровня. Как это произошло с Януковичем и главой его Администрации С.Лёвочкиным, готовившем его свержение.

Ниже мы внимательно проследим за тем, как сложившийся симбиоз националистической оппозиции и пятой колонны во власти пытается насадить русофобию среди белорусов.

Еще в 2015 году белорусские псевдопатриотические коллаборационисты достаточно точно определили (при помощи аналитических советников-кураторов с Запада и их агентов из некоторых белорусских кабинетов) своих главных врагов, составив список «Черной сотни» и сделав ставку на нагнетание (при помощи тех же покровителей) опасения и враждебности к ним (как якобы угрозе белорусскому суверенитету) со стороны главы государства и иных патриотических высоких чиновников. Главными врагами «белорусского суверенитета» (то есть, независимости от России с постепенным превращением в очередную русофобскую колонию Запада) были справедливо объявлены военно-патриотические организации во главе с казаками, западноруссистское научно-просветительское сообщество и – несколько завуалировано – Православная Церковь, являющаяся, по сути, главным источником первых двух. Идеологи прозападного национализма и либерализма (в том числе во власти) прекрасно понимают, что неосоветские бюрократические структуры типа профсоюзов, БРСМ, Компартии, ОО «Белая Русь», вся идеологическая вертикаль исполнительной власти и даже многие спецслужбы, будучи во многом деидеологизированы, не несут для них существенной угрозы ни на данном этапе перековки сознания и растления белорусов, ни на этапе чаемого белорусского Майдана (как двуединого дворцово-уличного переворота с дальнейшим террором). Единственным серьезным врагом для них является православно-патриотическое сообщество, хорошо понимающее их происхождение, дух, планы и методы достижения цели.

А. Вот на белорусское православное казачество их главный удар и обрушивается: до Церкви еще нужно добраться, да и с научным западнорусским сообществом тяжеловато – в условиях открытого им противостояния слишком явно откроются их антиисторические мифы и бандеровские замашки, а также предательство народа Белой Руси со стороны их идеологических пособников во власти. А православные казаки – явное пугало для власти в связи с Русской весной, освобождением Крыма и войной в Новороссии, так сказать, «рашистские боевики» и «потенциальные пропутинские сепаратисты». И вот, патриархия «белорусского национализма», много лет высказывающая симпатии коллаборационистам 1941-1944 гг., газета «Народная воля» (в самом названии – наследник террористов-народовольцев 19 века), возглавляемая евреем Иосифом Середичем (то есть, потомком тех, кто был зверски замучен этими самыми коллаборационистами), выступает войной против «антибелорусских черносотенцев».

Статья «Казачий спас» наполнена ядовитой ненавистью к казакам, военно-патриотическая подготовка которых называется «обучением ставить подножку врагам православия». Иезуитские русофобы, давно старавшиеся возвысить полицаев и опорочить партизан и Красную армию времен ВОВ, сразу раскручивают свою лукавую клевету, пытаясь использовать антифашистскую идеологию Белоруссии против казаков: «казаки и Великая Отечественная война – неоднозначное сочетание. Стоит вспомнить хотя бы колоритную фигуру командира 15-го казачьего кавалерийского корпуса СС Ивана Кононова, одновременно майора Красной Армии, члена ВКП(б) с 1929 года, полковника вермахта… Петр Шапко [атаман православногоказачества Республики Беларусь – П.Ф.], чей отец, к слову, родился в Западной Украине, о массовой коллаборации казаков с фашистами, видимо, не слышал». То есть, по заветам Овертона забрасывается намек даже на возможную бандеровщину и одновременно власовскую антисоветчину белорусских казаков. При этом лукаво умалчивается, что ко времени Великой Отечественной войны И.Сталину удалось достичь примирения со значительной частью казачества, которое проявило свой обычный героизм в боях за Родину, а также о деятельности самих казаков Петра Шапко по непоказушному возвеличиванию подвига русско-советского воинства в ВОВ. Впрочем, бандеровцы долго не выдерживают и с желчной ненавистью сетуют, что «Шапко с умилением в голосе рассказывал мне, как Сталин обратился к народу в первые дни войны: “Братья и сестры!..” Сталин у него – такой православный, духовный…».

Особенную ненависть у поклонников Хилари Клинтон и «Правого сектора» вызывает то, что под руководством Петра действует общественная организация «Город без наркотиков», пренебрежительно названная ими «конторой», которая не только понесла огромный объем трудов в деле противостояния наркотизации белорусов совместно с видными представителями различных органов государственной власти, но разработала пакет предложений, которые почти полностью легли в основу знаменитого и безпрецедентного антинаркотического декрета, с помощью которого за несколько лет была подорвана «серая» наркоторговля в Белоруссии. Также за подвижниками духовно-нравственного просвещения числится борьба против антисемейных технологий, обожаемых «Народной волей» и ей подобными, помощь храмам, работа с тяжелыми подростками и многие другие заслуги. Недаром журналистке, служащей отцу всякой лжи и лукавству дьяволу, но называющей себя «верующей», трехчасовое общение с Петром «напомнило Нагорную проповедь не в лучшем пересказе», содержание которого она подчеркнуто решила выборочно описать сама без цитирования собеседника. Желая показать свое понимание Нагорной проповеди, она стала пытаться уличать Петра в «порочащих» связях с ополчением Новороссии и подготовке «боевиков для террористов ДНР и ЛНР», упрекать в немилосердном нежелании доставить гуманитарную помощь в оккупированный и терроризируемый нацистами Мариуполь, в «военной подготовке под видом пропаганды здорового образа жизни» (либералы и нацисты твердо убеждены, что готовиться к войне имеют право только они), даже «в недопустимости христианам убивать людей» (на войне с «Правым сектором», нацистскими батальонами «Торнадо», «Азов», «Айдар»).

Ну и, конечно, журналистка, которая «ни одного гранта в своей жизни я в руках не держала [вспоминаются руки Виктора Ющенко – П.Ф.] и за подготовку этого материала взялась по собственной инициативе», повела допрос об источниках финансирования, настаивая, что без крупных финансовых вливаний (преимущественно из-за рубежа) проводить духовное просвещение и военно-патриотическую подготовку невозможно (видимо, никому, кроме нее). В конце журналистка многолетнего рупора либерально-националистической революции в Белоруссии ожидаемо попыталась вбить клин между белорусским казачеством и Православной Церковью, традиционно ввернув лживый миф об «искусственности белорусских казаков с самодельными орденами из папье-маше» (использовав для этого даже уста анонимного священника), и раздуть фобию к ненавистному Русскому миру патриотической части белорусских властей и общественности из слов о том, что «русскоговорящие народы являются частью великой “русской духовной общности”». А также навесить на Петра и казаков ярлык белорусофобов – из-за нежелания его говорить на действительно полонизированной современной версии «беларускай мовы», восходящей к польскому революционеру Франтишеку Богушевичу и Брониславу Тарашкевичу, отцу «беларусизации», стороннику БНР в составе Польши и масону польской и литовской лож, и противопоставленной исконному белорусского наречию, исследованному академиком Е.Карским, а также частично деполонизированной в 1930-е в виде «наркомовки» – с ее польско-германскими шкарпэтками и панчохами, адукацыяй и каштоўнасцями, вандраваннями и ганделям, нарадай и падзякай). И заодно ярлык подрывников «многонационального мира» с «самой большой на постсоветском пространстве еврейской общиной» (около 0,1% населения по официальным данным) и «множеством мусульман» (менее 0,5% населения по официальным данным), которые в большинстве своих взглядов вообще оказываются единомышленниками православных казаков и уж точно не прозападных либерал-националистов.

Всю деятельность православного казачества русофобская журналистка и вместе с ней вся либерально-националистическая оппозиция Белоруссии и ее сообщники во власти гнусно называет «духовным спайсом», против которого (как и спайса буквального) казаки и воюют, притом небезуспешно. Для противодействия им использованы не только клеветнические страшилки и прочие приемы из их геббельсовского фонда, но и использование сомнительных квазиказаческих структур и персон типа «казака» Николая Улаховича, кандидата в президенты, прошедшего в парламент ценой грязной клеветы на заслуженного православного провластного патриота-народника В.Заднепряного и объявившего себя убежденным сторонником радикальной рыночной экономики и противником Русского мира.

Тема «пророссийских боевиков-террористов» в Белоруссии (из числа православных имперцев), которых белорусская власть должна подавлять как «противников белорусского суверенитета», активно раскручивается неоформленным «Союзом прозападных либерально-националистических оппозиционеров и чиновников» (СПЛОЧ). И если оппозиционные русофобские СМИ пестрят постоянными провокационными материалами, то внутривластная группировка действует скрытно и идеологически тонко, редко и аккуратно выходя с открытым забралом. Одним из поводов для таковых выходов стало появление в Витебской области и участие в проведении военно-патриотического лагеря бывшего члена «Русского национального единства» (РНЕ) и известного участника ополчения Новороссии в составе бригады «Русич» А.Мильчаковым, который до этого был замечен на традиционных «Пасхальных военно-патриотических молодежных сборах» в Подмосковье с участием белорусской молодежи, которое на многолетней основе годами организовывали Витебская епархия БПЦ и витебское казачество. А.Мильчаков, который, кстати, является братом вратаря национальной сборной Белоруссии по хоккею Д.Мильчакова, вышел из РНЕ, однако, как видно, не до конца избавился от пороков своей юности и стал счастливой находкой для русофобских провокаторов из СПЛОЧ.

Следует сказать, что РНЕ – действительно националистическая организация с неоязыческим уклоном, побочный эффект возрождения в 1990-х русского патриотизма на еще невоцерковленной народной почве и в условиях либерально-русофобского погрома в Российской Федерации и всех других постсоветских осколочных республиках (заметим, что первой РНЕ сошла на нет именно в Белоруссии – в условиях прорусского поворота А.Лукашенко). Вместе с тем, далеко не все члены РНЕ и были неонацистами и неоязыниками. А вот сторонники «белорусского национализма» (как и украинского) являются либо сознательными неозычниками и симпатизаторами русофобов всех эпох истории Белой Руси, либо так или иначе склоняются к таковым. Причем часто к ним присоединяются и сами недавние «русские неонацисты»! Наиболее ярким примером последнего явления служит массовый переход футбольных фанатов-скинхедов (в том числе еще недавно махавших имперскими триколорами, в том числе в Белоруссии) в число убежденных сторонников орденов-батальонов «Азов» и «Торнадо», но уж никак не казаков и ополчения Новороссии. В действительности, неоязычество и связанный с ним неонацизм (и даже национализм в его современном понимании) являются несовместимыми с идеологией Русского мира, которая суть лишь общественное выражение идеологии Святой Руси, верными поборниками которой всегда служили и служат настоящие (не бутафорские) казаки. Недаром остающиеся в РНЕ закоренелые ее участники неизменно становятся врагами Православной Церкви. И именно Православная Церковь (и, в частности, казаки в ней) главным образом духовно и занимается исцелением таких запутавшихся «русских патриотов» – возвращает их к евангельскому, антинацистскому патриотизму Русского мира и, в частности, Белой Руси.

Но всего этого не понимают многие патриотические чиновники (часто не разбирающиеся в неэкономических вопросах) и, судя по всему, не до конца понимает и сам А.Лукашенко. А вот хорошо понимающие это прозападные русофобы из политической оппозиции и их единомышленники в недрах самой государственной власти и спешат своим клеветническим галдежом превратить это непонимание в страх и враждебность – и тем самым парализовать военно-патриотическое воспитание белорусской молодежи под омофором Церкви и с участием патриотического казачества на началах святорусской идеологии белорусского государства. Заодно лишив Церковь возможности исцелять и «русских националистов» (включая неонацистов из ультрас), многие из которых автоматически станут вскоре и уже становятся союзниками белорусских литвинов-бандеровцев (и игрушками в руках прозападных чиновников), военно-патриотическая подготовка которых активно ведется на территории сопредельных государств в одной упряжке с их украинскими, литовскими и польскими собратьями.

Ярким примером такого выступления СПЛОЧ со стороны околовластных компрадоров является статья по данному поводу одного из их рупоров Юрия Царика в центральной республиканской газете убежденного главреда-русофоба Павла Израилевича Якубовича. Впрочем, на Украине русофобский союз бандеровцев и еврейской СМИ-интеллигенции во главе с Савиком Шустером (местный Соловьев) и еврейскими олигархами, которым принадлежат все без исключения центральные СМИ (Пинчук, Фирташ, Коломойский и во главе – президент Порошенко-Вальцман), годами разжигавшие неонацистские настроения на Украине, стал эталонным. То, что на знамена были подняты имена, сотворившие крупнейший геноцид их соплеменников в Бабьем Яру, их не беспокоило.

Царик (и с ним вся аппаратная русофобская группировка), неизменно поддерживающий нацистско-олигархическую власть на Украине и ни одним словом не обличивший ее многочисленные нацистские бандформирования, из членов которых состоит «добрая» половина Верховной Рады во главе с сыном заместителя Бандеры Ю.Шухевичем (вторая, «недобрая», половина состоит из олигархического криминалитета аваковско-януковичевского пошива), террористами объявляет «незаконное вооруженное формирование» «самопровозглашенного ЛНР» и, лицемерно цепляясь за личность бывшего члена РНЕ А.Мильчакова, фактически объявляет бригаду «Русич» неонацистской и садистской! Напомню, данная бригада находилась в подчинении такого «неонациста» и «ставленника российской олигархии», как украиноговорящий православный сторонник социализма комбат Алексей Мозговой, в составе ГБР «Бэтмен» под управлением замечательного советского офицера Александра Беднова! Иезуит Царик цинично возмущается тем, «как же неонацистам удалось добраться до детей… в Беларуси, где антинацистские и антифашистские установки составляют один из краеугольных камней не только государственной идеологии, но и общественного консенсуса»!

Но, захлебываясь от своей подлости, Царик тут же уходит от личности А.Мильчакова и, отталкиваясь от нее, – а также от принятого под нажимом прозападной группировки во власти (и с упоением цитируемого сим доносчиком) закона о криминализации «участия в боевых действиях в иностранных государствах и за деньги, и по сугубо идейным соображениям», – называет всех «добровольцев Донбасса» «убившими пару десятков украинцев аморальными преступниками», которым «без демонстрации раскаяния и желания отказаться от преступного образа жизни…нечего делать в Республике Беларусь, может кроме как сидеть в тюрьме». Он честно признается, что для него «ситуация не сводится к одному лишь Мильчакову: ранее в интернете публиковались многочисленные расследования СМИ и волонтёров, в которых приводились довольно тревожные факты военизированной подготовки белорусских детей и подростков лицами, открыто выступающими за отказ от независимости Беларуси». Таковой же подготовкой в Белоруссии открыто занимается только православное казачество (с которым оборотень некогда активно сотрудничал), «отказ от независимости» которого выражается в приветствии как можно более глубокого развития Союзного государства Белоруссии и России и в поддержке Русского мира, частью которого, согласно не только патриарху Кириллу, но и самому белорусскому правителю Александру Лукашенко, является Белая Русь. Что так ненавистно хозяевам и покровителям Царика, который с остервенением цитирует «статью члена Союза писателей России Валерия Шамбалова, идеолога и организатора тех самых “пасхальных военно-патриотических молодежных сборов”», который «в статье с характерным названием “Батька, в твоём доме беда!”…в худших традициях пропаганды раздувает проблему якобы поднимающего голову в Беларуси “литвинизма” и предупреждает, что “в современной Белоруссии все больший вес набирают родные братья тех же самых украинских бандеровцев”». К «якобы поднимающим голову» литвинистам-бандеровцам мы вскоре вернемся, но якобы отсутствующие в Белоруссии информационные ресурсы этих «якобы отсутствующих» литвинистов-бандеровцев с восторгом обильно растиражировали эту статью из главной республиканской газеты.

К шельмованию защитников Донбасса и его терроризируемых жителей от русофобских неонацистов был (скорее, портив воли) подключен и второй национальный телеканал Белоруссии – ОНТ. С безмерным лукавством, подозрительно похожим на народовольческое и цариковское, заказчики сюжета в новостях на центральном телеканале отталкиваются от неонацистов в Белоруссии (в частности, исписанного свастиками бойца украинского нацбатальона) и быстро перескакивают на РНЕ, а от него – мгновенно – на привлечение белорусских добровольцев на сторону ополчения Новороссии, фактически выставляемого «неонацистским образованием». Более того, как нам вещают корреспонденты, «чтобы усилить воздействие на умы, неонацизм смешивают с православной символикой», «религиозную карту стремятся активно использовать и другие, схожие с “Русским единством” движения, организовывают поездки на подростковые военно-патриотические лагеря на территории России, а там – учат воевать». Ну и та же песня про А.Мильчакова, только уже с наглядным нагнетанием «отрезал головы собакам, позируя перед камерами» и «русский человек должен быть воином, а война всегда – это убийство, это кровь». И далее эту кляксу размазывают по всему православному военно-патриотическому движению, ничего общего с собачьими головами и нацистскими татуировками не имеющими: «И это – не единственный пример: патриотические лагеря с православным уклоном под флагом Российской Империи фиксируют в различных частях Беларуси» (притом, как бы невзначай, в кадре промелькнули и казаки с флагом Новороссии).

Характерно, что концовка сюжета ОНТ посвящена рассказу о «хорошем» салоне татуировок, где «очень добрый» опытный татуировщик (весь в мастях) наносит «прекрасные» татуировки (в том числе кучу языческо-рунических), но «ни в коем случае не свастики»! Это – один из типичных символов того, что бороться с неонацизмом всерьез идеологические стратеги (в отличие от силовиков) во власти не намерены (во всяком случае по состоянию на полгода тому назад).

Главным врагом неоязыческого национализма является образование и духовно-патриотическое воспитание, которые в неонацистской среде считаются неуместной роскошью, не предусмотренной их верховными покровителями отнюдь не с бритыми головами (на Украине таковыми выступили олигархи и СБУ периода В.Ющенко во главе с нацистом В.Наливайченко). О последнем и говорит во второй части репортажа иерей Константин, который в начале 1990-х вступил в РНЕ (причем в репортаже подано так, что он вступил туда чуть ли не в сане) и покрыл свое тело неонацистскими татуировками. Отец Константин поведал, что опыт пребывания в РНЕ позволяет ему удерживать неокрепшие умы от втягивания в глупые безрассудные авантюры, за которыми стоят «серьезные дяди». Притом он часто заявлял о своей поддержке белорусской государственности и лично главы государства, его дочка даже по-своему прославила Беларусь и лично Александра Григорьевича.

Такой деятельности по переводу идейной молодежи из неоязыческих националистов и нацистов в благочестивых православных воинов-патриотов прозападные националисты и их сообщники во власти допустить, конечно, не могли, равно как не могли и не использовать некоторые неизжитые слабости священника. В более подробном разборе всех обстоятельствмы видим ряд противоречивостей, признаков неготовности отца Константина к священническому служению при его несомненно консервативно-патриотическом складе и благородности. По сути, это типичный аналог Ивана Охлобыстина. Однако белорусские пятая и шестая колонны спешат использовать личность священника и случай для дискредитации как Православной Церкви в целом, так и, в частности, военно-патриотическое воспитание под Ее духовным окормлением. Как видим, неонацисты лукаво пишут предысторию так, будто о бывших порочащих связях священника не было известно ранее, и они «неожиданно» всплыли только сейчас – в разгар кампании борьбы против «боевиков Русского мира», хотя они же сами брали у него неоднократно интервью, в том числе о бывших увлечениях и татуировках.

Пантелеимон Филиппович

..См. часть2 и часть3

.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Добавить комментарий

Перейти к верхней панели